Оборотень выбрался из мягкого кресла, вылил кровь в раковину в углу, открыл кран и ополоснул стакан. Потом подошел к Ивашке, развязал платок у него на затылке и вынул кляп изо рта.
— Ну, ты чего? — мягко, почти шепотом спросил он.
— Сволочи! — отреагировал Ивашка, брызгая слюной. — Мало того, что всю кровь вытянули...
Он снова дернулся, пытаясь высвободить связанные за спиной руки, но у него ничего не вышло — только едва не свалился с табуретки.
— Ну, уж и всю... Да и разве ж это кровь? — удивился Оборотень. — Пакость, а не кровь.
— Во-во, — поддержал его Упырь, вставая. — Пить невозможно. Вот помню, раньше была кровь у вашего брата — любо-дорого.
— Ну и валили бы отсюда, — огрызнулся Ивашка. — Валили бы к чертям из страны.
— А ты нас не гони, — неожиданно оскалился Оборотень. — Ты чего, самый главный тут, что ли? Развелось вас...
Упырь положил ему руку на плечо.
— Не нервничай, братан. Ну, разволновался хавчик. Не ругаться же с ним.
— Кровопийцы, сволочи! — не унимался Ивашка. — Зажрались! Вот погодите, придет времечко...
— Вот как придет, — рассудительно ответил ему Упырь, наклоняясь к самому Ивашкиному лицу, — так и свалим. Из страны. Насовсем. Доволен?
Ивашка смотрел на него прищурившись, злобно сопя носом.
— Видимо, доволен, — заключил Упырь. — Ты ему вставь кляп обратно, братан. А то он чего-то развыступался.
Оборотень поднял кляп с пола и снова затолкал Ивашке в рот, невзирая на протесты и брань. Обвязал голову Ивашки платком, постаравшись затянуть узел на затылке как можно туже. Потом тяжелой лапой съездил по уху.
— Чтоб не вякал, — пояснил он.
Упырь уселся обратно в мягкое кресло и достал из шкатулки сигару. Оборотень вынул зажигалку и поднес огонек. Упырь закурил.
— Козлы, — буркнул Оборотень. — Время ему придет. Недовольны еще...
— Да ты не кипятись, — ответил Упырь, затягиваясь. — Ничего не придет. Кровь не та, братан. Жидковата. Это раньше они могли, с факелами, с вилами... А теперь...
Он махнул сигарой в сторону Ивашки, и пепел, сорвавшись с ее кончика, упал на дорогой персидский ковер.
— Только и могут, что возмущаться, — закончил Упырь мысль.
— А если... Это?.. — немного нервно спросил Оборотень. — Их же все-таки больше.
— Больше... Меньше... — Упырь усмехнулся. — Пока кровь не закипит, Оборотень, нам бояться нечего.
Он опять повернулся к Ивашке.
— Ну, чего? — спросил он. — Хотели жить как в сказке?
Ивашка дернул плечами и посмотрел на Упыря исподлобья.
— То-то же, — сказал Упырь. — А как вы хотели, чтоб сказка, да без нас?
И оба — и Упырь, и Оборотень — расхохотались.
